Я будущей весной сойду с ума…

Я будущей весной сойду с ума
От диких гроз и ароматов мая. 
Во всех мирах никто не представляет,
Что с моим сердцем делает весна.
Я каждую весну схожу с ума.

Мне тяжело становится дышать,
Мне для дыханья не хватает лёгких.
Густой и невозможно сладкий воздух
Мне хочется ладонями собрать
И пить… Весной мне тяжело дышать.

И забродившие мечты, как яд,
Отравят кровь, она вскипит, волнуясь.
И сердце жаждет слёз и поцелуев,
Куда зовут его, куда манят
Забытые мечты, как сладкий яд?

Но всё проходит, и весна пройдет,
Деревья летней шелестят листвою,
И кажется – всё было не со мною,
Но сердце помнит – ровно через год
Весна придёт, весна опять придёт.

28.05.2016г.

Ты будешь плакать, если я умру?

Ты будешь плакать, если я умру?
Шагну за край, сквозь гаснущие звуки,
Скользну в туман… Растаю на ветру…
Прольюсь – дождем в протянутые руки.

Ты будешь плакать? Ты сильней меня,
Солги, я так хочу тебе поверить!
Пока душа еще полна огня,
Пока не бьется в запертые двери.

Ты сильный, ты еще умеешь ждать
И верить в ненапрасность ожиданья.
А я… я буду долго умирать,
И врать себе, что есть конец страданий.

Душа сгорает в собственном огне…
Скажи, ты будешь плакать обо мне?

26.08.2016

Это снова бой, это снова танец…

Это снова бой, это снова танец,
Обжигая легкие и ладони,
Мостовой промерзшей едва касаясь,
Мы идем по следу огня и крови.

Черной ночи плащ укрывает, прячет
Незнакомый шаг, незнакомый запах.
Лишь глоток хмельной, нелюдской удачи
Нас ведет сквозь ночь, на ногах ли, лапах…

Ты свои следы запираешь кровью,
В каждой капле – яд и вода живая.
Ты сильней меня, и умней, не спорю.
Но я все же волк, и за мною – стая.

Подвести нельзя, ни предать, ни струсить,
И чужое горло клыки сжимают,
И я чую всей своей волчьей сутью:
Если ты умрешь – и меня не станет.

Утро гонит ночь, рвется небо в клочья,
Оставляя звезды в рассвете таять.
Но горит огонь. И грядущей ночью
Снова будет бой, снова будет танец…

27.09.2016

Под деревом вновь собирается стая…

Под деревом вновь собирается стая,
У Волчьего пастыря книга в ладонях,
Кровь капает, капает, мох расцветает,
Мой милый, забудь, не помни…

Не помни о женщине, пахнущей хлебом,
Забудь ее голос, забудь ее имя
И серые очи… Здесь серое небо,
Здесь пахнет вода полынью.

Здесь ведьмино пламя, здесь медные жилы,
Глоток молока здесь – дороже алмаза,
Здесь выжить непросто, но ты бы прижился,
Лишь память уйдет не сразу.

И рвать бы клыками кипящие тучи,
Как бусинку, память забросить в болото.
А, может быть, ей без тебя будет лучше?
Мой милый, ведь это – свобода.

И клюква под лапами – алые пятна,
И ждет вожака присмиревшая стая.
Мой милый, зачем ты так рвешься обратно?
Зачем тебе та, другая?

Луна колдовская – как белое блюдце,
Не в волчьем обычае ссориться с нею,
И многие думали – смогут вернуться,
Да только гляди – не сумели.

И ты не сумеешь, и свыкнешься с болью,
Серебряным мохом следы зарастают…
Забудь же, мой милый, не помни, не помни,
Беги же – с луною и стаей…

22.10.2016

Быть Ангелом – это не просто…

Быть Ангелом – это не просто.
Распахнуты крылья над бездною,
Но верные кони железные
Несут своих всадников к звездам.

Есть каждой дороге конец.
Мы с вами немногого стоили,
Но нас посчитали достойными
Ни Ада, ни Рая – Небес.

Но слез понапрасну не лей,
Вселенная вечно вращается,
И мы вновь и вновь возвращаемся
Чтоб мчаться по трассе своей.

14.05.16

И никто ни в кого не влюбится…

И никто ни в кого не влюбится.
Это просто зима, смотри –
Засыпает под снегом улица,
Зажигаются фонари.

Я сегодня немного странная,
Словно пьяная без вина.
Запоздавшая, долгожданная
В город входит моя зима.

Город сумрачный, город каменный
Нас окутает тишиной.
Хорошо, что «больна не вами я»,
Да и ты не болеешь мной.

Этот вечер почти закончился,
И о большем нельзя просить,
Но на нашем небесном глобусе
Мы – две звездочки на оси.

Две звезды в одном небе кружатся,
Чуть касаясь одна другой,
Но никто ни в кого не влюбится.
Мы с тобою – лишь снег, лишь улица,
Окруженные тишиной…

15.11.2016

Веселая Адель

Самая старая таверна в нашем городе зовется «Веселая Адель». На вывеске ее изображена пышногрудая рыжеволосая красавица, в обеих руках сжимающая по большой кружке эля. И эль здесь, надо сказать, весьма неплох.
Откуда взялось название? Если так уж интересно, зайдите да спросите у рыжего верзилы за стойкой, правду ли говорят, что его прапрабабка на спор перепила великана. И если у хозяина будет хорошее настроение, он поведает вам прелюбопытнейшую историю…
В те давние времена таверна еще носила имя «Великаний угол», а собирались тут все больше рыбаки да охотники. Эль тут и в те далекие времена, сказывают, подавали отменный. А еще больше, чем эль, привлекала внимание гостей красавица Адель, дочка хозяина.
Ей тогда только-только минуло семнадцать весен. Собой была хороша – да не то слово, что хороша, первой красавицей в городе считалась! Стан тонкий, грудь высокая, кудри рыжие до пояса, а уж улыбка!.. Сватались к ней, конечно. Да никто по сердцу девице не пришелся, а папаше и тем более – тому-то хотелось в зятья не охотника, не рыбака, а человека солидного. Только солидным людям-то на кой невеста почти без приданого, пусть даже и раскрасавица? А надо сказать, что после смерти хозяйки, матушки Адели, дела в таверне шли не так чтобы уж очень хорошо. Начали уже и долги потихоньку копиться…
Читать далее

Шаманка

Я ладони разрисую
Кровью нерожденных песен.
Мир безмолвен, сух и тесен.
Я – шаманка, я танцую,

Открывая звонким словом,
Гулким бубном двери в небыль,
И распахиваюсь – в небо.
И выпархиваю снова

Я из собственных ладоней,
Словно крошечная птаха –
Из сетей пустого страха.
Кто водой меня напоит,

Родниковою, живою,
Новым словом, песней новой?
Растекусь смолой сосновой,
Ароматом зверобоя,

И сама себя наполню.
И сплету силки, и снова
В них за словом бьется слово…
Я слова поила кровью

Из раскрытой настежь вены,
И слова слагались в песни,
Мне давая шанс воскреснуть
Искрой – в пламени Вселенной.

21.12.2016