Солнышко

Альке пять. У нее светлые кудряшки, платье в ромашках и огромные синие глаза. Она любит солнечных зайчиков, радугу после дождя, а ещё – поднять к небу ладошки и смотреть, как солнце сквозь пальцы светится алым. Мама называет ее «мое солнышко» и улыбается.
Когда Альку спрашивают, кем она хочет стать, когда вырастет, Алька уверенно отвечает: «Солнышком!»

***

Альке пятнадцать. У нее коса до пояса, рваные джинсы и забитый учебниками рюкзак. Физика дается плохо, и Алька через день ходит к репетитору, упрямо разбирая формулы и задачи. С математикой получше, физподготовка – хорошо, английский и немецкий – отлично. Мама вздыхает – в переводчики бы, такой талант пропадает!

Алька любит встречать рассвет на крышах, искать радугу в фонтанах, смотреть, как солнечные лучи прошивают кроны деревьев, подсвечивая зеленый лесной сумрак, а больше всего – закрывать глаза и подставлять лицо теплым солнечным лучам на закате.

Когда Альку спрашивают, кем она хочет стать, она, не задумываясь, отвечает: «Космонавтом!» Щурится в ответ на недоверчивые улыбки и поясняет: «К солнцу хочу полететь, узнать – как там?»

***

Альке тридцать пять.
Хотя Алькой ее почти никто и не зовет: Александра Павловна или вовсе – «капитан». У нее короткая стрижка, серебристый скафандр и пятеро балбесов в подчинении. А ещё – «Стриж», новейший разведывательный модуль, и много-много световых лет от Земли, и исследовательская миссия к далекому «красному карлику», у которого обнаружена экзопланета земного типа. Зонды нашли там воду и каких-то мелких существ, напоминающих земных насекомых, и Толик, корабельный биолог, все уши прожужжал о том, что нужно непременно подлететь поближе, направить дополнительные зонды, а может, и высадиться.

«Капитан, это же сенсация! Вы не представляете!»
Она представляла. Потому и согласилась – не высадиться, но вывести «Стрижа» на низкую орбиту. Сделать виток-другой, нащелкать дополнительных снимков, запустить («да ладно, ладно, уговорил!») последний одноразовый зонд…

Читать далее

Встретимся на Земле

– Петровна! Да сколько ж раз говорить! Ну кому я на прошлой неделе баллон смазки выдал, а? Новая формула, только прислали! Что ж ты творишь?!

Боевой робот, возвышавшийся над старшим механиком, как гора, таки явившаяся на прием к Магомеду, скрипуче повел плечами и отозвался визгливым старушечьим голоском:
– Да ты мне поговори ишшо! Все вы умные, образованные, а мы всю жисть подсолнечным маслом смазывали, и ничо! Живее всех живых! А в смазке твоей нанороботы дохлые плавають!

Василий Михайлович только руками развел. Что хочешь, то и делай с упрямой бабкой! Механик уже отчаялся объяснить, что на подсолнечном масле, которым старейшая обитательница базы повадилась смазывать механические ноги, плодятся вредные бактерии и вот из-за них-то суставы то и дело клинит. Но нет, Петровна отчего-то была свято убеждена, что от окончательной поломки ее спасут лишь проверенные дедовские, то есть – бабовские методы, а никак не одобренная штабом наносмазка.

Робот переступил с ноги на ногу, и опытный взгляд механика определил – левое колено. Чудо, что скандалистка вообще дошкандыбала до мастерской, а не грохнулась где-нибудь по дороге!
– Ох, смотри, Петровна, спишут тебя обратно на Землю! – проворчал Михалыч, надевая перчатки. Он прекрасно знал, что там бабка достала всех ещё полвека назад и забирать ее до конца службы никто не решится. Но можно же помечтать…

– Ты чини давай, а не болтай! Как бы самого не отправили, пешочком да по вакууму! – не осталась в долгу вредная старуха. – Напишу начальству, пущай знают, какой тут работничек-механичек! Второй раз за неделю клинит!

Старший механик только вздохнул.
Если смена началась с Петровны – весь день насмарку, примета верная.

Читать далее

Про котиков

Когда Ирка попросила пожить пару недель у нее, чтоб присмотреть за котиками, Макс почти не возражал. Животных он любил не особо, но это не было поводом лишать сестру давней мечты. Романтическое путешествие на двоих в Париж никак не предполагало наличия в багаже зверья, но все Иркины подруги неожиданно оказались ужасно заняты, а самолет – уже вечером…

– Максимка, ну пожа-а-а-алуйста! – сестра молитвенно сложила руки и сделала большие глаза, как у знаменитого кота из мультика. – Бася очень приличный кот, хороший, ласковый, к лотку приучен, не царапается…
– А ещё вышивать умеет, и на машинке тоже?.. – передразнил Макс и потянулся почесать приличного кота за ухом. Зверь, крупный, рыжий, лениво приоткрыл глаз, принюхался и повернул морду, подставляя подбородок – чеши тут, человек! – И где, кстати, второй?
– Вторая, – поправил Вовка, Иркин муж. Глянул в окно и вздохнул: – Загуляла опять наша Алиса. Да она сама всегда возвращается, первый этаж, ничего сложного. Форточку на кухне не закрывай только.

Ирка провела для брата быструю экскурсию по квартире – лотки тут, миски здесь, корм в полке… Ребята переехали в новую квартиру всего пару недель назад, на удачно подвернувшуюся покупку наложилась такая же удачная горящая путевка, переезжать пришлось быстро, в перерывах оформляя документы, и, судя по грудам неразобранных вещей и нервному Иркиному взгляду, отдых ей был совершенно точно необходим.

Впрочем, у Макса была и своя корысть – близился диплом, и возможность пожить пару недель отдельно от родителей была как нельзя кстати. Выслушав заверения сестры в вечной любви и стребовав обещание привезти магнитик с Эйфелевой башней, Макс проводил хозяев квартиры и остался наедине с подопечным.

– Ну что, приличный кот, подружимся? – весело окликнул он, когда Бася – вернее, Бастиан – соизволил проснуться и выйти из комнаты.
Зверь поднял голову и посмотрел на Макса. Взгляд у него был таким задумчивым и серьезным, что парню стало слегка не по себе. Казалось, вот-вот откроет рот и скажет…
– Мр-р-ря, – сказал кот. Подошел ближе, потерся о штанину пушистым боком, снова требовательно мяукнул и направился в сторону кухни.
Макс тряхнул головой и пошел следом. Кот как кот, нечего выдумывать.

Читать далее